Тут будет ваша рекламная строчка. Кликайте

Не жалею, не зову, не плачу…

Был последний рабочий день накануне 1 мая. Врачи городской больницы спешили закончить операцию. Женщина держалась молодцом. 
* * *
Первенцу ее, сыну Сереже, был всего год, когда его детство омрачила трагическая смерть отца.
Все решил случай. Надумала семья переехать в другое село. Там ждали молодую учительницу русского языка и литературы Таисию Иосифовну и ее мужа Виктора. 
В сумерках они добрались, наконец, до нового пристанища. Когда машина с вещами остановилась, Виктор выпрыгнул из кузова, оступился и упал. Больше он не поднялся, виском ударившись о камень.
* * *


Операция подходила к концу. Медсестра приняла ребенка. Это был мальчик. Он не понимал, что произошло. От яркого света новорожденный заплакал. 
* * *
- Тася, тебе уже сорок, может, не надо рожать, - говорила сестра.
- Тебе хорошо. У тебя есть сын и дочь. Я тоже дочку хочу, - возражала она. - Может, это последний шанс. И муж остепенился, своего ребенка иметь хочет.
- Разве я против? Только ведь снова кесарево будут делать.
- Ну и что. Было бы ради кого терпеть.
Таисия Иосифовна вышла замуж спустя четыре года после трагедии. Георгий, симпатичный мужчина, после развода едва не спился. Но взялся за ум, и тем самым вернул к себе доверие односельчан и родных. Молодая женщина снова расцвела под влюбленным взором мужа.
В школе на нее смотрели детские любознательные глаза. Таисия Иосифовна учила детей грамоте, вводила в мир литературы. Она умела читать стихи так, что слушатели легко рисовали в воображении живую картинку. Крестьянский поэт Сергей Есенин был особенно близок. Сюжеты понятны.Одинокая березка, клен или деревенская дорога жили человеческой жизнью. Влюблялись и страдали, как и сам поэт.

* * *

Кровотечение остановили.
- Как давление? – резко бросил хирург. – Готовьте к переливанию крови.
Пробуждение после операции было тяжелым. Налипали дни один на другой. Незамеченным для нее прошел веселый Первомай. Проваливаясь в дремоту, Тася открывала глаза и видела у своей кровати то отца, то сестру. 
Они что-то говорили бодрыми голосами. На ее вопрос о ребенке, ответили, что родился сын. Здоровый малыш. Пока находится под присмотром. Его кормят. Скоро принесут показать.
Увидев сына, она успокоилась и снова задремала. Она не знала, что торопливость медиков привела к непоправимому. Ей влили не ту группу крови. И теперь пытались исправить содеянное.
По коридору шли профессора, вызванные из Москвы. Сестра спросила их о состоянии Таси. Ей ответили, что та потеряла много крови, делается переливание и все возможные мероприятия. По их сухому тону и опущенным глазам она поняла, что дело плохо.
На утро следующего дня Тасю подключили к аппарату искусственной почки. Ей стало легче. В этот день они с сестрой долго говорили обо всем. Казалось, беда миновала.
- Помнишь, ты приехала к нам с дочкой. Ей два годика минуло, а она уже маленьким ведерком воду носила, - просветленными глазами смотрела Тася на сестру.
- Да, она у нас такая старательная.
- И мой сын затопает ножками к колодцу по тропинке. Назову его Юрой. Как там мой Сережа? Буквы не забыл?
- Что ты, читает вовсю. Тянет слова по слогам, как песню поет, - успокаивала ее сестра. - Приедешь домой, сама услышишь.
На следующий день ей стало совсем худо. Она тусклым взглядом смотрела в потолок и была безучастной ко всему происходящему вокруг. Снова бегали врачи, давали распоряжения медсестрам. 
А в это время молодая учительница, впав в забытье и переходя на шепот, читала Сергея Есенина. Заканчивала одно стихотворение, начинала другое, словно видела перед собой пытливые детские глаза. И так продолжалось, пока были силы, пока не погасло дыхание: 
- Не жалею, не зову, не плачу,
Все пройдет, как с белых яблонь дым.
Увяданья золотом охваченный,
Я не буду больше молодым…
Баден.

Наши партнеры